Главная страница Написать письмо Карта сайта

Уголок Врубеля

Уголок врубеля

_

Религия и налоги_
Почему попы налогов не платят?


Особое мнение_

Космос без русских_
"Космос для России - очень важная и болезненная тема. В стране, которая запустила первый в мире спутник и первого в мире человека, весьма остро переживают каждый неудачный запуск и каждую катастрофу. Хочется взять реванш! Поэтому появилось идея о том, что нам нужна Луна."
Александр Никонов


Интервью_

КОЗЫРНОЙ БУБНОВСКИЙ_
Модный столичный врач, у которого лечатся знаменитости и сильные мира сего, сеть собственных клиник в России и за рубежом. Человек явно работает по призванию, что само по себе есть условие необходимое и достаточное для счастья. Однако, познакомившись с ним поближе, я понял, что такого счастья я бы врагу не пожелал...


Наука_

САМЫЙ ЖЫРЪ!_
"Общество порой охватывают разного рода «психические эпидемии». То на ведьм все начинают охотиться, то на врагов народа, то везде ищут педофилов, то начинают дружно бороться с курением или жирной пищей, объявляя очередному модному ужасу настоящую войну."


Наука_

Лечение молотком_
Этот человек может рассказать о вас всё. И починить то, что сломалось.


Статьи_

ПЕРУ_
Перу,пожалуй, одна из самых интересных стран Южной Америки. Возможно, самая интересная


Россия - взгляд изнутри_

ЕЖЕГОДНОЕ ПОСЛАНИЕ ГЛАВЕ ГОСУДАРСТВА_
"Владимир Владимирович, а хотите поржать? Вот вам цитата..."


Реплика_

Неизлечимое заболевание – это выгодно_
Почему им выгодно нас лечить, не вылечивая


Rambler's Top100

Сделано в Сибири




Вы можете прислать свой материал и он будет опубликован на сайте, если исполнен качественно.

Политика и ее носители_

Социализм не работает. Работает капитализм

Мы публикуем стенограмму экспертного семинара «Полит.ру» с замечательным корееведом, Associated Professor университета Кукмин (Сеул) Андреем Ланьковым.

Андрей Ланьков: Я коротко, примерно в течение пятнадцати минут, изложу, что сейчас происходит в Северной Корее. А потом мы с вами начнем разговаривать. Меня попросили коротко рассказать о том, что там происходит в последнее время. Говоря о Северной Корее, необходимо очень четко разграничивать два периода северокорейской истории: это периоды, условно говоря, кимирсеновский и кимченировский. К этим людям разграничение это особого отношения не имеет. Более того, смерть Ким Ир Сена в 1994 году используется в качестве грани между двумя этими периодами, в основном, по соображениям практического удобства, потому что реально «кимирсеновский период» северокорейской истории закончился, когда сам Ким Ир Сен был еще жив, за несколько лет до его смерти.

До начала 1990-х годов Северная Корея являла собой максимально контролируемое государство. Это было государство, в котором почти полностью был уничтожен частный сектор (настолько, насколько это было физически возможно). Например, в сельской местности позволялось иметь приусадебные участки не более 100 квадратных метров, в городах – вообще не более 30 квадратных метров. Тотальная карточная система абсолютно на все, практически полное отсутствие частного предпринимательства; почти полное отсутствие частной экономической деятельности. Жесткий контроль государства надо всем, доходящий до каких-то совершенно немыслимых вещей. Например, полагалось пять лет тюремного заключения просто за наличие дома радиоприемника со свободной настройкой. Наличие дома такого радиоприемника – политическое преступление, ведь все приемники страны имеют фиксированную настройку на официальные каналы.

Эта система работала до начала 1990-ых годов, но потом она начала сыпаться – в основном из-за того, что исчезли советские и китайские субсидии, которые во многом эту систему держали. Обнаружилось, что для того чтобы все это работало, нужно кормить целую ораву идеологов и контролеров. Весь следующий период – от 1992 до 2005 года – мы имели почти 15 лет стихийного роста рынка. Когда старая система развалилась, люди обнаружили, что по карточкам им больше не дают ничего. Начался голод, от которого умерло по разным оценкам от полумиллиона до миллиона человек. Лично я склоняюсь к более низким цифрам, к полумиллиону умерших от голода в 1996-1999 гг., но точных цифр нет. Когда начался голод, честная часть рядового чиновничества просто поумирала, а менее честная стала брать взятки.

В условиях голода и коллапса государственного сектора снизу, стихийно начинает развиваться частная экономика. Это не вариант Китая, когда китайское руководство сказало, что теперь можно что-то делать, – и все начали это делать. Это именно стихийный рост частной капиталистической экономики, ее рост снизу. В результате, к концу 1990-ых годов почти вся экономическая деятельность в стране – насколько мы можем судить о ситуации в стране, по которой нет никакой статистики, – оказалась сосредоточенной в новом частном секторе. Люди выращивают, что могут, на частных нелегальных полях, изготовляют все, что можно изготовить, на частных нелегальных производствах. Возникают самые невероятные формы частного предпринимательства, замаскированные под государственные.

 Например, я знаю человека, у которого в 1990-е годы была частная транспортная фирма – пять или семь грузовиков, которые он покупал на наличные деньги и ввозил из Китая. Потом он договаривался с местными организациями, чтобы эти грузовики регистрировались как принадлежащие этим организациям, хотя фактически они принадлежали ему и его партнерам. Используя эти грузовики, он торговал солью, цементом, который рабочие воровали с завода и так далее. В общем, шел вот такой рост частного хозяйства.

Государство периодически пыталось его запретить, но это не удавалось, потому что люди, которые должны были исполнять эти приказы, как правило, были куда более заинтересованы в том, чтобы получать взятки. В 1990-е годы произошло то, что я бы назвал «естественной смертью северокорейского сталинизма». Тем не менее, реформ северокорейское руководство решило не проводить – не потому, что оно глупое, наоборот, потому что оно крайне умное. Эти люди ведь отлично понимают специфику своей ситуации. Они понимают, что если попытаются вести себя, как китайцы или вьетнамцы, если они попытаются провести реформу такого китайско-вьетнамского образца, они начнут терять контроль над ситуацией, в первую очередь, над информационной ситуацией. Тогда сведения о процветании Южной Кореи начнут распространяться в стране. Они и так распространяются, но без контроля процесс этот будет происходить куда быстрее.

В Китае люди знают, что японцы и американцы живут хорошо, но китайцев это особо не волнует. Потому что для китайцев что Америка, что Япония – другая страна, другой народ и так далее. А здесь проблема в том, что Южная Корея – формально часть той же самой страны. Причем, в отличие от Германии времен Холодной войны, в Корее даже не пытались заявить о существовании двух наций. Если ты северокореец и публично заявишь, что в Корее сейчас существуют две нации, тебя, скорее всего, расстреляют, а семью отправят помирать в лагерь, то есть сказать такое – немыслимая вещь. Почти такая же немыслимая, как что-то неподобающее сказать о самом Великом Вожде. Официально Южная Корея – это другая половина той же страны. А в случае реформ и послаблений на Севере неизбежно выяснится, что они хорошо живут. А чтобы было понятно, насколько хорошо они живут, скажу: разрыв в душевом доходе между Севером и Югом, как минимум 15-кратный, а возможно и 50-кратный. Это самый большой в мире разрыв, который существует между двумя соседними государствами, имеющими общую сухопутную границу. Поэтому северокорейское руководство считает так: если мы начнем экономику реформировать, это будет страшный удар по нашей легитимности. Китайское руководство не особенно страдает из-за того, что китайцы узнали, что японцы и американцы хорошо живут: ну, живут эти империалисты хорошо, и ладно. В Корее так не получится.

Более того, с точки зрения правительства, распространение капитализма снизу потенциально является очень серьезной угрозой. Во-первых, через рыночную систему распространяется опасная информация о внешнем мире – отчасти о Китае, но в основном, конечно, о Южной Корее. И, во-вторых, уйдя на рынок, люди выйдут из-под контроля государства. А вся система контроля в Корее основана на одном, достаточно явном предположении: любой взрослый кореец, по крайней мере, мужчина (с женщинами чуть сложнее) в обязательном порядке должен иметь официальную работу. Именно там, на заводе, за ним следят секретарь парткома и стукач – или несколько стукачей и несколько секретарей. Там его воспитывают, гоняют на собрания и прочее. Это очень интересная система, о которой сейчас просто нет времени рассказывать. Я сейчас большую статью заканчиваю о том, как организован этот повседневный контроль. Главное, он возможен только постольку, поскольку человек ходит на официальную работу. Именно поэтому на протяжении всего кризиса государство пыталось загнать людей на работу, хотя заводы стояли. Это было необходимо не для того, чтобы начать производство, а для того, чтобы люди находились под контролем.

Примерно с 2002-2003 гг. положение в стране стало улучшаться. Это произошло по ряду причин, не все из которых ясны. Одна причина очевидна – это резкое увеличение объемов внешней помощи. Три главных донора северокорейской экономики – это США, Китай и Южная Корея. Вторая причина – народ уже как-то научился «вертеться» в новой ситуации, стихийно он к ней приспособился. Как это ни парадоксально, новая стихийная экономика потихонечку начала работать, начала как-то кормить людей. Возможно, приспособилась и сама система.

В итоге мы получаем новую ситуацию: голода, как такового, нет. Да, есть массовое недоедание, но голода нет, люди из-за него не умирают (по крайней мере, в значительных количествах). То есть экономика стала как-то работать. Например, в конце 1990-ых годов нормальным было, когда поезда опаздывали на пять дней. Учитывая размеры страны, это впечатляет. Теперь поезда стали опаздывать всего лишь на несколько часов. Словом, произошла какая-то стабилизация. И как только она произошла, государство стало стремиться откатить ситуацию назад – в 2005 году в Северной Корее опять вводится карточная система.

Если в европейском массовом сознании введение карточной системы – это признание кризиса, то в Северной Корее все с точностью до наоборот. Тотальная карточная система там существовала с 1957 года, и для любого корейца, выросшего при Ким Ир Сене, возрождение карточной системы – это просто возвращение к нормальному положению вещей. Хотя эта система работает не в полном объеме, но в городах карточки, в общем, отовариваются.

Итак, в октябре 2005 года возвращена карточная система, в 2006 году для мужчин вводится запрет на торговлю на рынке. Именно для мужчин, поскольку это достаточно патриархальное общество, где мужчина – основа всего. Пусть он идет работать, куда надо, то есть на завод. Пускай бабы торгуют – это не так страшно – главное, чтобы он был присмотрен, и в случае чего, чтобы он ответил. Но уже в конце 2007 года вводится запрет на торговлю и для женщин моложе 50 лет. Правда, этот запрет срывается, его просто игнорируют повсеместно. Вообще, очень многие из новых запретов не срабатывают или срабатывают только частично. В конце 2008 года они готовят решение о практически полном закрытии рынков – чтобы рынок работал только три дня в месяц. Это тоже срывается: в последний момент, буквально в последнюю секунду, решение отменяется. И, наконец, в конце 2009 года они проводят классическую конфискационную денежную реформу.

Видите, «операция «Ы» всегда проходит в ноябре-декабре. В конце каждого года правительство готовит какую-нибудь очередную гадость частному сектору – и эту гадость на него обрушивает. Я не знаю, что они к ноябрю этого года приготовят, но, подозреваю, что-нибудь выдумают, потому что последние пять лет без этого не проходило ни разу.

Так вот, в ноябре 2009 года они проводят классическую конфискационную денежную реформу, но с одной очень странной чертой. Реформа конфискационная – обмениваются вклады в пределах 30 долларов на человека – это максимум того, что можно обменять (100 тысяч старых вон). Но при этом деноминация зарплат не производится, то есть зарплата увеличивается в 100 раз реально. Я не экономист, я историк, конфискационная реформа, как я это себе представляю, проводится, чтобы ограничить явную или скрытую инфляцию. Каким образом это сочетается со стократным увеличением зарплат в госсекторе, я не понимаю. Особенно, если иметь в виду, что практически все официально работающие заняты именно в госсекторе. Естественно, что это вызовет резкий рывок инфляции, первые сведения о котором уже появились. В чем тут дело – мне непонятно. Кое-какие объяснения у меня есть, но они слишком спекулятивны и достаточно фантастически звучат, ничего лучшего я выдумать не могу.

Как говорит один мой друг: «Это очень интересная страна, особенно если смотришь на нее из-за ограды посольства». Вот такое идет интересное фехтование государства с обществом, частной экономики с государством. Государство считает, что сохранение его власти несовместимо с рынком, и, скорее всего, оно право в этих своих опасениях.

Эта борьба идет в настоящее время. Сейчас рост этого стихийного рынка до какой-то степени удалось откатить назад, но, видимо, не очень сильно. Опять-таки, сейчас сложно определить; к каким последствиям приведет денежная реформа. Скорее всего, ничего серьезного не произойдет, потому что потеряют, видимо, только те, кто работал с продовольствием и с ширпотребом. То есть с теми товарами, расчеты за которые проводятся в северокорейских вонах. Естественно, что никто не платит за велосипед в северокорейских вонах. Велосипед – это дорогой предмет, а если это новый китайский велосипед, то, учитывая уровень зарплат и престиж такого приобретения, это примерно то же самое, что у нас «Мерседес». Понятно, что за него платят в «настоящей валюте», то есть в китайских юанях. Разумеется, и сбережения обычно хранятся в китайских юанях. Выплаты на рынке недвижимости, который, кстати, сформировался в последние 15 лет, тоже производятся в юанях, а то и вообще в долларах или иенах. Евро формально присутствует, в нем полагается ставить ценники в валютных магазинах, но практически не используется.

Стало практически очевидно, что после долгих и не совсем понятных колебаний Ким Чен Ир принял решение продвигать одного из своих сыновей – видимо, младшего – Ким Чен Уна, в качестве третьего Великого Вождя. В начале января в Корее прошли собрания, где народу было сказано: «Нам опять повезло, у нас опять появился новый гений руководства. Как вы догадываетесь, фамилия у него Ким, но пока мы его будем называть Молодой Генерал – просто и скромно». Соответственно, после реально долгих колебаний и странных задержек, которым у меня есть совершенно авантюрные объяснения, кои не надо принимать всерьез, началось продвижение нового руководителя.

И последнее, что я хотел сказать. Нужно учесть еще одно обстоятельство – то, что в старые времена называли «позицией держав». Реально этих держав три: Южная Корея, Соединенные Штаты, Китай, плюс очень маргинально – Россия с Японией. Все эти державы крайне обеспокоены сложившейся ситуацией. Их беспокоит ядерное оружие и все, что с этим связано, а с другой стороны, их все больше беспокоят последствия возможного коллапса Северной Кореи.

Я бы сказал, что сейчас Северная Корея двояко шантажирует своих соседей. Она угрожает тем, что у нее есть ядерное оружие – вот мы такие страшные, непредсказуемые, возьмем, да и шуганем вдруг. На самом деле, они не страшные – абсолютно предсказуемые и очень рациональные, очень неглупые люди. В последнее время корейские руководители стали делать ошибки – руководство стареет, голова хуже работает, но в принципе, это очень рациональные ребята. С другой стороны, слышны угрозы такого типа: мы еще и развалиться можем, тогда вам совсем плохо будет. И большая часть окружающего мира соглашается с тем, что если они развалятся, будет достаточно плохо. Это одна из причин, по которым Северную Корею активно подкармливают ее соседи: то Юг, то Америка, то Китай.

Сейчас в качестве главной кормушки выступает Китай, и не из-за любви Китая к Северной Корее – никакой любви нет. Общаясь с соответствующими китайскими товарищами, я слышу такой скрежет зубовный, которого вы нигде не услышите по их поводу, но кризис-то Китаю совершенно не нужен. Так что пока все соседи, хотя и в разной степени, заинтересованы в подмораживании ситуации. Только американцев, если все рухнет, «забрызгает» поменьше, вот ядерная проблема для них – головная боль посильнее. Поэтому американцы вроде бы и не против, чтобы все рухнуло, но и не сильно за. А у остальных есть совершенно определенное желание: пусть сохраняется статус-кво, пусть как оно стояло, стоит и дальше. Вот, примерно, такая ситуация. Я очень кратко изложил то, что происходит в этом замечательном месте. Всё.

Подробности дальнейшей беседы вы можете узнать, пройдя по ссылке.

http://www.polit.ru/analytics/2010/03/04/kndr.html



Комментарии_


но демократия лутше!
Пишет babayka
10.12.2012 04:22:38
Всегда меня интересовало - откуда пишушшая братия знает, ЧТО и КАК происходит на секретных и закрытых территориях? вот у меня есть секретка, но я никогда не скажу, что даже в соседнем цехе завода происходит - потому что тупо не знаю. они-то откуда знают? и судят, ведь, вот здесь хуйня, здесь я бы мог лучше придумать, а вы ваще долбоебы... что им показывают, то они и судят, а ведь показывающий - свой, в общем-то, интерес имеет...
(ответить)


Добавить комментарий


Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться!

Запомнить меня!





 

Авторизация_

Логин:
Пароль:
Запомнить меня!
Зарегистрироваться
А нахрена мне регистрироваться?

Как вы считаете, интернет магазин бытовой техники - это важно? . AlarmTrade - автосигнализации. Надёжные и качественные. Российские авто сигнализации нашей сборки. .

Стишки недели_

    Борис Влахко

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ?



...Мой стих был изредка хорош,
но чаще  безобразен....Каюсь...
Я, видит Бог, старался...Что ж, -.
на всякий случай не прощаюсь...



_

РАССТРЕЛ РОССИЙСКОГО РЕЙХСТАГА_
Кто был прав и неправ в октябре 1993-го?


ПолитНЕкорректно_

ОХОТА НА ПЕДОФИЛА_
"Педофилы кругом! Нужно быть внимательными! Нужно искать педофилов со всей тщательностью! Педофилы хитры и коварны! Они угрожают нашим детям! Расстреливать! Кастрировать! Всмотрись в себя! Необходимо по капле выдавливать из себя педофила! А не педофил ли твой сосед? Ты уже донес на него?.."


Россия - взгляд снаружи_

Открытое письмо известного американского футуролога к президенту Путину_
"Г-н Путин я жертвую вам на гроб эти несчастные 2 доллара..."





2000-2017 © Александр Никонов