Главная страница Написать письмо Карта сайта

Уголок Врубеля

Уголок врубеля

Rambler's Top100

Сделано в Сибири




Вы можете прислать свой материал и он будет опубликован на сайте, если исполнен качественно.

ПолитНЕкорректно_

ПОГОВОРИМ НАПОСЛЕДОК?




Как известно, с подачи великого историка Шойгу другой наш великий историк – Грызлов (со товарищи) торжественно, буквально на золотых носилках, как евреи носили ковчег завета, внес в Думу законопроект, карающий за искажение истории. Теперь на нашей истории не останется ни пятнышка, сиять будет, как яйца у кота!.. Не сомневаюсь, что законопроект быстро примут. И потому тороплюсь: у нас осталось совсем немного времени для разговоров, прежде, чем за них начнут сажать.

 Чисто для справки… Статья 354, которую добавят в уголовный кодекс России,  называется вполне благозвучно: «Реабилитация нацизма». Грызлов, Крашенинников и прочие авторы законопроекта предлагают сажать за «реабилитацию» на срок до трех лет. А если нацизм был реабилитирован «с использованием должностного положения», то на нары можно загреметь и на 5 лет. Сто раз подумаешь, а надо ли тебе нацизм этот чертов реабилитировать или ну его, пусть лежит?

Начало у статьи 354 впечатляющее, но непонятное: «Искажение приговора Нюрнбергского Трибунала, либо приговоров национальных судов или трибуналов, основанных на приговоре Нюрнбергского Трибунала, допущенное с целью…» А непонятно здесь следующее – как можно исказить решение трибунала или саму историю, не имея машины времени?

Ясно, что саму историю исказить невозможно, она была и прошла, а в прошлом уже ничего не исправишь. Можно только обсуждать – чего там случилось, когда и как. Причем, обсуждать только с долей вероятности, ведь история – не физика, наука не точная. И чем дальше в прошлое, тем темнее, тем больше трактовок. Да и с недавним прошлым возникают проблемы, несмотря на наличие документов. Поясню…

За трактовки фактов нас обещают гуманно не наказывать. Только за их «искажение». Но что есть исторический факт? Вот, например, расстрел польских офицеров в Катыни войсками НКВД – это факт? Или фактом является расстрел польских офицеров немцами? Или же факт – сам расстрел, а все остальное – трактовки? Но в таком случае само понятие факта становится зыбким и неопределенным. Что вообще останется при очищении "фактов" от "трактовок"? Когда мы разденем историческую капусту до голой кочерыжки, мы всегда сможем обернуть ее в новые одежки - любого цвета.

И потом, кто будет выступать экспертом в суде – наличествовало искажение истории в словах данного гражданина или нет? Историки?.. На моих глазах два профессиональных историка в прямом эфире спорили о том, был ли совместный парад немецких и советских войск в Бресте после советско-германской оккупации Польши или нет. Один говорил, что парад был, другой утверждал, будто никакого парада не было. И это при том, что сохранилась кинохроника парада… Вот вам компетентное мнение «экспертов».

Сталин чувствовал себя царем и собирал развалившуюся после 1917 года российскую империю. И собирал ее успешно. Практически все, что империя потеряла, царь Иосиф Грозный прибрал к рукам обратно – Сахалин, Буковину и Бессарабию, Эстонию, Латвию и Литву. Вот только от Польши Сталину досталась только половинка и с Финляндией промашка вышла – всю ее он забрать не успел, отобрал только тот кусок с Выборгом, который еще Петр I отвоевал…  Меня, помню, в школе интересовал вопрос: отчего вдруг Сталин решил присоединить к своей красной империи Восточную Пруссию? Как вообще в голову такое могло прийти – взять и присоединить к СССР  кусок территории, который с Союзом  даже не граничит!? Почему? А потому что в 1758 году русские войска взяли штурмом Кенигсберг, и предшественница Сталина на троне – царица Елизавета Петровна подписала Манифест о присоединении Восточной Пруссии к России. Так что «чужого» Сталин не брал, только «свое», то есть когда-то принадлежавшее трону. Короче, собирал империю… А теперь скажите мне, все изложенное – факт или трактовка?

…А еще статья 354 будет карать тюрьмой за «объявление преступными действий стран-участников антигитлеровской коалиции».  Это значит, что ругать можно только гитлеровские концлагеря и пытки. А концлагеря и пытки союзников уже нет. Между тем, при подготовке Нюрнбергского процесса именно в лагерях союзников военнослужащие вермахта подвергались жесточайшим издевательствам. Немецким солдатам буквально снимали шкуру кнутами, раздавливали  половые органы - пытали до тех пор, пока те не подписывали нужные для будущего трибунала «признания». Генерала Освальда Пола не только били, но и обмазывали лицо каловыми массами. Аналогичным образом были выбиты «признания» из генералов Иоахима Пайпера и Зеппа Дитриха.

Масштаб пыток был таков, что американцам даже пришлось создавать особую комиссию (комиссия Симпсона) по расследованию этих фактов. Комиссия установила, что  к немцам применяли следующие пытки: загоняли иголки под ногти, прижигали горящими сигаретами, морили голодом, выбивали зубы и ломали челюсти. 137 допрашиваемым  били в пах с такой силой, что у них атрофировались  половые органы.

Готовя Нюрнбергский процесс, союзники так цинично фальсифицировали доказательства, что американский судья Венерструм  отказался присутствовать на «постыдном процессе» в Нюрнберге. Историк Р. Харвурд назвал Нюрнберг самым большим юридическим фарсом в истории. Историк А. Буровский писал, что Нюрнбергский процесс был нужен только для того, чтобы из множества преступников «выбрать одного ответчика за всех» и, разумеется, козлом отпущения была выбрана проигравшая сторона. Хотя преступления сопоставимого масштаба совершали в ходе войны обе стороны. Что ж, победителей не судят. Судят победители…

А вот вам маленький отрывочек из воспоминаний бывшего комендант Кенигсберга Отто фон Ляша, который сдался нашим под обещание «почетного плена»:  «Отдав последний приказ войскам – о сборе подразделений и сдаче оружия, – я вместе с частью своего штаба и группой командиров должен был начать свой тернистый путь в русский плен. Уже по дороге к первому командному пункту одной из русских дивизий мы вкусили кое-что из того, что ожидало нас в «почетном» плену. Хотя мы шли в сопровождении русских офицеров, неприятельские солдаты все время пытались, и не без успеха, отнять у нас или у наших солдат то часы, то чемодан, то что-либо из одежды. Русские офицеры оказались не в состоянии справиться со своими подчиненными. Из множества воспоминаний о марше в плен приведу здесь одно, наиболее выразительное…

Дома горели, чадили. Мягкая мебель, музыкальные инструменты, кухонная утварь, картины, фарфор – все это было выброшено из домов и продолжало выбрасываться. Между горящими танками стояли подбитые автомашины, кругом валялась одежда и снаряжение. Тут же бродили пьяные русские. Одни дико стреляли куда попало, другие пытались ездить на велосипедах, но падали и оставались лежать без сознания в сточных канавах с кровоточащими ранами, полученными при падении. В дома тащили плачущих, отбивавшихся девушек и женщин. Кричали дети, зовя родителей, мы шли все дальше и дальше. Перед нашими глазами представали картины, описать которые невозможно. Придорожные кюветы были полны трупов. Мертвые тела носили следы невообразимых зверств и изнасилований. Валялось множество мертвых детей. На деревьях болтались повешенные – с отрезанными ушами, выколотыми глазами. В разных направлениях вели немецких женщин. Пьяные русские дрались из-за медсестры. На обочине шоссе под деревом сидела старуха, обе ноги у нее были раздавлены автомашиной. Горели хутора, на дороге валялся, домашний скарб, кругом бегал скот, в него стреляли, убивая 6ез разбора. До нас доносились крики взывающих о помощи. Помочь мы ничем не могли. Из домов, подняв в молитве руки, выходили женщины, русские гнали их назад и стреляли в них, если те уходили не сразу. Это было ужасно.»  

После принятия грызловского закона о подобном «искажении» рассказывать будет нельзя, так что припрячьте этот номер газеты получше, больше таких не будет – внукам покажете…

Либеральная интеллигенция полагает, что закон об «искажении истории» был задуман как удар по Виктору Суворову. Если так, то я очень даже понимаю наши власти: после выхода «Ледокола» уже десятки (!) историков по всему миру, в том числе и в России согласились с Суворовым – Сталин готовился напасть на Европу. И число этих историков растет с каждым днем. Спорить с ними в открытую уже невозможно. Осталось одно - выйти из рамок научных дискуссий и заткнуть людям рот силой. Такое уже было. Церкви затруднялась оспорить астрономию. Поэтому вредные книги инквизиция попросту уничтожала, а ученых сжигали. В музее пыток какого-то из европейских городков я видел железную маску, которую надевали на человека перед сожжением. С внутренней стороны у нее были два стальных хитро изогнутых шипа, которые забивались в рот, ломая зубы и пригвождая язык, чтобы помешать сжигаемому кричать от боли. В такой маске сожгли Джордано Бруно. Нижний шип пронзил ему язык, верхний пробил нёбо, кровь ручьем текла по горлу…

Жаль, что музейные экспонаты не продаются. Я бы купил эту маску и подарил ее Грызлову. В качестве исторического сувенира, который нельзя исказить.

Александр НИКОНОВ



Комментарии_


Добавить комментарий


Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться!

Запомнить меня!





 

Авторизация_

Логин:
Пароль:
Запомнить меня!
Зарегистрироваться
А нахрена мне регистрироваться?

Стишки недели_

    Борис Влахко

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ?



...Мой стих был изредка хорош,
но чаще  безобразен....Каюсь...
Я, видит Бог, старался...Что ж, -.
на всякий случай не прощаюсь...






2000-2018 © Александр Никонов